Еж-лакомка

Созрела черная смородина. С утра, сидя на табурете, обрывал крупные ягоды. Неожиданно из-под куста услышал легкое сопение. «Не змея ли?» — я мгновенно вскочил: слышал от бывалых людей, что любят эти земные твари обретаться в смородине.
Осмотрел куст — слава Богу — не змея, а сам-друг еж. Свернувшись клубочком, крепко спал и посапывал, как младенец.
Сухим стеблем тронул его острые иглы. Ноль внимания!
-Братец, — обратился к ежу. — Пора и честь знать, переберись под крыжовник. — Зверек наконец услышал мой голос, приподнял острую мордочку, зашевелил бровью.
-Уступи место у смородинного куста, — умоляю его. После ночной бессонной охоты он, конечно, утомился, и я пожалел его, примирительно сказал: — Так и быть, поспи чуток. Перейду к соседнему кусту, вон их сколько, отяжелевших от обилия ягод.
Еж будто устыдился, приоткрыл глаза, навострил иглы: неужели признал во мне противника, случалось же, они бросались на людей (вредных по большей части. И тогда их лечат от… бешенства в лечебнице). Мой зверек слегка приподнялся на лапках, сделал несколько мелких шажков в сторону кукурузных посевов. Зашуршала сухая трава, и он растворился в ней.
К слову. Ежи несколько лет живут на моем подворье — выселили ужиху, которая оставляла яйца в перегное. Иной зверек может вечером смело протопать мимо кресла, на котором отдыхает жена. Полагаю, нас они знают в лицо. Но с рук ничего не берут. Вот если на блюдце выложить ложку, другую ячменной каши, то не откажутся от удовольствия полакомиться…
По ночам я слышу их возню на грядках, в цветнике, малиннике — хрустят, поедая жуков и капустянок. Выпадет птенец из воробьиного гнездышка, еж не пройдет мимо дармовой «добычи».
Прошлым летом нашу усадьбу одолели слизняки, их еще называют мокрицами. Нахожу чаще этих моллюсков по слюдообразным следам на дорожке, листьях, плодах. Неприятным соседством с ними пренебрегают все, кроме меня. Ежи навели порядок — очистили грядки от мокриц. Мало стало и улиток. Прежде, особенно к концу лета, они серыми гроздьями нависали на травинках, смородинных кустах, выедая нежные листочки, а широкие листья хрена превращали в своеобразное решето.
Раньше я считал, что улитка неразумное существо, живет лишь некими унаследованными от природы инстинктами. Да, видно, ошибался. Заметил: почувствовав рядом опасного врага, того же ежа, улитки скоренько переползали с нижних листьев на верхние, слюнявили ягодки малины. Стряхнуть их не просто — при наступлении утра «приклеивались» крепенько к стеблям. Укрывшись в известняковых раковинах, перекрывали входы в них той же стекловидной пленкой и затихали. Еж слизывал улиток, в ночи слышался аппетитный хруст. Умудрялся он навалиться на усеянную улитками ветку и заполучить добычу. Настырный охотник.
Ко времени залегания на зимнюю спячку еж становится настоящим увальнем. Хоть зверек и разумный, но ничуть не беспокоится о сохранении биоресурсов питания на будущее — выест мокриц и улиток всех до одной. В первый год их количество не восстановить даже при желании. Ежи «пасутся» в соседнем огороде.
Размышляя об этом феномене, вспомнил рассказ Антуана де Сент-Экзюпери «Планета людей» в переводе Норы Галь о песчаной лисе. Он любопытен и к месту: «Если фенек (лиса) станет наедаться досыта у первого же кустика, за две-три трапезы на ветвях не останется ни одной улитки… ради одной трапезы он обходит добрую сотню этих редких бурых кустиков, больше того — он ни за что не снимет с одной и той же веточки двух улиток подряд. Он ведет себя так, будто ясно понимает, в чем таится опасность. Ведь попробуй он наедаться досыта, не заботясь о будущем, скоро и улиток не станет. А без улиток не станет и фенеков». Еж наш не склонен к разумному поеданию, да и улиток не перевести на грядках вблизи дворов.

#НаблюденияснатурыВиктораТёра


Читайте другие материалы рубрики: Главные новости, Общество